Тщеславие

Искание славы человеческой. Хвастовство. Желание и искание земных и суетных почестей. Любление красивых одежд, экипажей, прислуги. Внимание к красоте своего лица, приятности голоса и прочим качествам тела. Расположение к наукам и искусствам, желание успеть в них для приобретения временной, земной славы. Стыд исповедовать грехи свои. Скрытие их перед людьми и отцом духовным. Лукавство. Самооправдание. Прекословие. Лицемерие. Ложь. Лесть. Человекоугодие. Зависть. Уничижение ближнего. Переменчивость нрава. Потворство. Бессовестность.


Тщеславие – это стремление к тщетной, то есть суетной, пустой славе. Почему пустой, тщетной? Ведь люди порой стремятся к действительно весьма высокому положению в обществе, их амбиции безграничны.

Слово «тщетная» имеет также значение «тленная, скоропроходящая». Любая слава земная, по сравнению с той, что уготовал Господь любящим Его, лишь прах и пепел, пар, поднимающийся от земли и тут же исчезающий. Но слава земная тщетна не только в масштабах вечности. Даже в краткий период нашей земной жизни слава, высокий пост, должность, известность – вещи самые ненадежные и недолговечные. Но, тем не менее, очень многие люди стремятся к славе, почету и уважению. А некоторые делают из этого идола, превращая тщеславие в самоцель. Но не только всецело одержимые этой страстью страдают от тщеславия. К сожалению, в разной степени тщеславие присуще всем нам. Каждому хочется выглядеть в своих глазах, а главное – в глазах окружающих лучше, чем он есть на самом деле. Любому из нас приятно, когда его хвалят, ценят, а не ругают. Почти каждый стремится занять не последнее положение в том социуме, в котором он вращается. Но не этому учит нас Господь.

Тщеславие может быть страстью, смыслом жизни, а может быть мелким, бытовым, но это не значит, что оно не опасно, ведь и могучее дерево вырастает из маленького семечка, и «с голубого ручейка начинается» большая река.

Нередко на исповеди можно наблюдать такую картину. Приходит человек, ходивший в храм всю сознательную жизнь, и начинает вроде бы исповедоваться, а вроде бы и нет: «Да, я, конечно, грешен (как и все) тем-то, тем-то и тем-то. Словом, делом и помышлением, но это все так, по чистой случайности, по недоразумению, а вообще-то я примерный христианин, хожу в церковь, читаю Евангелие, делаю добрые дела». Притом такой человек, естественно, знает тот отрывок из Евангелия от Луки, который читается в церкви в Неделю о мытаре и фарисее, перед Великим постом. Фарисей говорит о себе: «Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю» (Лк. 18: 11–12), но к себе он эти евангельские слова, конечно, не относит. Или похожая ситуация: женщина, пожилая, на исповеди называет грех, например: «Раздражаюсь, гневлюсь», а потом со всеми подробностями описывает, как и кто ее к этому греху подтолкнул: «Ну, как тут не согрешишь, опять зять пришел выпивши, мусор не вынес, вот и поругались. А так я хорошая, да и вообще это не я, а он меня прогневал». Такая исповедь, конечно, никакой пользы не принесет. Ибо построена она на тщеславии. Человек боится даже у аналоя, перед священником показаться хоть чуть-чуть хуже, чем он про себя думает. Но перед Богом-то мы не покажемся чище, чем мы есть!

В таких ситуациях даже молодым батюшкам все ясно: человек находится в плену мелкого тщеславия, боится уронить свое имя (или, как сейчас модно говорить, имидж) благочестивого христианина или усердного прихожанина: не дай Бог сказать что-нибудь лишнее, что может бросить на него тень и изменить мнение о нем.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит, что одним из проявлений тщеславия является «стыд исповедовать грехи свои, сокрытие их перед людьми и отцом духовным. Лукавство, самооправдание».

Почему святые отцы, подвижники, победившие, казалось бы, все страсти, видели свои грехи бесчисленные, как песок морской? Именно потому, что они побороли тщеславие и стяжали смирение. Им незачем было казаться в своих глазах и глазах других людей менее грешными, чем они есть. Приближаясь к Богу, они видели себя ничтожными перед величием Творца.

От тщеславия прикровенного, тайного перейдем к открытому. Тщеславие является очень мощным стимулом, помогающим людям добиться больших успехов. Посмотрим на так называемых «звезд», людей знаменитых, чья деятельность связана с искусством, шоу-бизнесом или спортом. Эти люди почти всегда служат идолу тщеславия. Они кладут на алтарь этого божества лучшие годы жизни, здоровье, семейное счастье, материнство. Все, что обычно для человека составляет огромную ценность, приносится в жертву тщеславию. Все ради одного: еще немного побыть на гребне славы, погреться в ее лучах. Известного оперного певца, который не так давно развелся с женой, спросили, что для него выше: семья или карьера, успех; он уверенно ответил, что ради роста в своей профессии принесет в жертву даже семью. Пение, музыка для него главное в жизни.

А профессиональный спорт? Это же сплошное тщеславие. Детство, молодость, здоровье, все свободное время отдается для того, чтобы повесить на грудь позолоченный или посеребренный кружок из далеко не драгоценного металла. Усилия прилагаются нечеловеческие, организм работает на износ.

Если человек уже укоренился в страсти тщеславия, он не может жить без славы, жизнь теряет всякий смысл. Стареющие «звезды» используют любой скандал, даже сами их режиссируют и создают, чтобы еще хотя бы пару лет продержаться на вершине звездного олимпа. Хотя, казалось бы, уже все, что можно было, достигнуто, все награды, звания, регалии, богатства получены. Тщеславие – это наркотик, без него их жизнь невозможна. Тщеславие рука об руку ходит с завистью. Тщеславный не терпит конкуренции, соперничества. Он всегда первый и единственный. И если кто-то его в чем-то опережает, его начинает грызть черная зависть.

С человеком тщеславным, самовлюбленным, подверженным хвастовству, очень тяжело общаться. Ведь слово общение означает, что мы имеем с собеседником что-то общее, а тщеславного интересует только собственная персона. Его «эго», самолюбие превыше всего. Местоимение «я» и его падежные формы «у меня», «мне» занимают в его речи первое место. Это все, в лучшем случае, вызывает усмешки окружающих, а в худшем – раздражение, зависть и отчуждение. Наоборот, человек скромный, относящийся к себе с самоиронией, всегда приятный собеседник, у него много друзей, с ним приятно общаться. В разговоре он больше слушает, чем говорит, избегает многословия и никогда не выпячивает свое «я». Тщеславный, зараженный «звездной болезнью» человек рискует остаться один, ибо любит только себя и свое тщеславие.

Когда мы затеваем какое-либо хорошее дело, нужно особенно быть настороже, чтобы не быть плененным тщеславием. Ведь очень часто, когда мы помогаем людям, нами в глубине души движет самолюбие и тщеславие, и, вроде бы совершив доброе дело, мы можем ожиданием суетной похвалы испортить весь труд. Трудящийся ради тщеславия и похвалы уже получает награду здесь, а значит, не получит ее из рук Творца. Иногда мы можем наблюдать, как легко и быстро идет дело, если нами движет тщеславие, и, наоборот, с каким скрипом и какими искушениями продвигается иной раз по-настоящему доброе дело, затеянное без тайного желания получить похвалу и самоудовлетворение. Если же мы в чем-либо преуспели, нужно почаще вспоминать слова пророка Давида: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу» (Пс. 113:9). И особенно полезно, если за труд нас не только не отблагодарят, но даже, наоборот, будут поносить. Преподобный Исаак Сирин говорит: «Пей поношения как воду жизни». Вот такое дело, действительно, принесет пользу душе. А «за неблагодарных Бог благодарит», как говорил один мой хороший товарищ, ныне уже покойный.

Тщеславие святитель Феофан Затворник называет «домашним вором», оно подкрадывается незаметно и похищает у нас тот труд, которые мы затеяли ради Бога и ближнего, и награду за него. То же происходит, когда мы из хвастовства начинаем рассказывать про свои добрые дела другим людям, сами у себя похищая возможность получить награду от Господа за них. Тщеславие может похитить и молитвенные труды, если они совершаются без смирения.

Борьба со страстью

Как же бороться с этим хитрым змием, который исподволь пролезает в душу и похищает наши труды, сводя их на нет?

Как уже неоднократно говорилось, противопоставлением ему противоположной добродетели – смирения. Например, известно, что самолюбие, обидчивость есть порождение тщеславия. Человек, не терпящий критики, легко ранимый, мгновенно обижается и как бы говорит себе: «Как они смеют? Ведь я не такой, я хороший! Как они могут так говорить?». И хотя нам это и неприятно будет услышать, но скорее всего, наши обидчики, критики правы. Ведь со стороны виднее. Мы представляем себя всегда лучше, чем мы есть на самом деле, прощаем себе многое, чего не потерпели бы в других. Так что есть о чем задуматься. Обидчивого критика повергает в уныние, а для умного человека она является стимулом для роста. Критика вообще бодрит и не дает почивать на лаврах, понуждает к исправлению. Мы должны не только не обижаться, но поклониться в ноги обидчикам как нашим воспитателям, которые вовремя «дают нам по носу» и подрезают крылья нашему тщеславию.

Обиду, как и гнев, нужно гасить, когда она еще является маленьким угольком, искрой, пока пламя обиды не разгорелось. Если в костер не подкладывать поленьев, он потухнет. Если обиды не «солить», ее не лелеять, а постараться поскорее забыть (или просто изменить свое отношение к критике, то есть принять ее к сведению), обида быстро пройдет.

Люди духовные, подвижники не только не боятся поношений, но и с радостью принимают, как будто напрашиваются на них, тем самым скрывая свои подвиги.

У святителя Феофана также находим совет, как побеждать тщеславие смирением. Одной женщине он пишет: «Не присадиться в церкви хорошо. А придет тщеславие, нарочно присядьте, чтоб сказать помыслу, когда станет тщеславиться: сидела ведь и сама. Один отец, когда пришел помысл тщеславия, что много постится, вышел рано туда, где много народу бывает, сел и начал есть хлеб».

Итак, будем помнить, что начинается тщеславие с мелочей: кому-то похвастались добрым делом, где-то с радостью приняли похвалу и лесть. А там уже недалеко до того, чтобы страсть поселилась в нашей душе. Чтобы этого не произошло, будем отслеживать тщеславие в самом начале, относиться к своей персоне критично и почаще произносить: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему».


Источник: Православие.ру

^ Наверх